1801c935

Грог Александр - Время Кризиса 2



   А-др ГРОГ
  
   "ВРЕМЯ НЕРЕСТА ДРАКОНОВ"
   /от автора: это цикл "Время кризиса" - где составляющие "Время уродов", "Время пасьянсов", "Время созвездия З-цы" и т.д., а в общем-то - черт его знает! - скорее одна из многочисленных попыток написать что-то вне стандарта/
  
   Эпиграф:
  
   "Я желал бы, чтобы мое произведение, очищенное разумом от сказочного вымысла, приняло характер истории; но там, где вымысел упорно борется с здравым смыслом, не хочет слиться с истиной, я рассчитываю на снисходительность читателей, которые не отнесутся сурово к преданиям далекой старины..."
   Плутарх "Избранные жизнеописания"
  
   "... в них много общего, - происхождение обоих темно, потому они считаются потомками богов..."
   Плутарх (там же)
  
  
   " ... и приставали к ним новые и новые. И превращались они то в орду, сметающую все на своем пути, то, когда неудачи следовали одна за другой, в обыкновенную шайку. Каждый из них был одержим общей идеей - обойти мир.
   Люди, потерявшие человеческий облик, очеловечившиеся вдруг нелюди - все спешили к неведомому исходу. В недолгие часы расслабления, глядя в тлеющие угли костров, проводили они время за рассказами о том фантастическом мире, где ночь сменяет день бешеным ритмом, и ночь эта не страшна, жизнь не прячется с ее приходом, и даже самый бестолковый, бездарнейший упырь - да что упырь - человек! и тот способен пережить не одну, не десять, а сотни, тысячи ночей ...
   ... и говорили о нем, что миссия он - посланец того мира, что знает он вход и ведет к нему. Но и говорили, что бежит он от ночи. И боялись его.

И следили за ним. Сильные от множества непривычных мыслей теряли уверенность в себе и превращались в слабых. В хрупких телах напротив просыпалась неукротимая сила, помогающая выжить ... "
  
  
  
   Почти совсем рассвело...
   Маленький родничок пробивался прямо на дороге и по ней же стекал в реку. Еще два ключа - ЭТО ОН ЗНАЛ ТОЧНО - растекаясь холодом били прямо в воде, выше по течению. Зябко переступив голыми ногами по мокрому зернистому песку, он поправил велосипед на плече и шагнул в воду.

Щиколотки сразу же свело, сдавило будто в тисках, но ближе к середине реки вода резко потеплела, обволокла мягким покрывалом. ТАК И ДОЛЖНО БЫЛО БЫТЬ.

И как обычно - не доходя нескольких метров до противоположного берега - он торопливо взобрался на первую же обросшую дерном корягу, зеленой шапкой торчащую из воды. Содрав с себя три или четыре пиявки, он ладонями смахнул заструившуюся по ногам кровь, выждал немного и опять смахнул, поцокивая языком от досады. Выпрямился осматриваясь.
   Песчаное дно по эту сторону брода плавно переходило в черную зябь. Даже вода отличалась от левобережной - была темной и затхлой - течение не захватывало ее. Так же, с велосипедом на плечах, он перепрыгнул на соседнюю кочку, затем дальше, чтобы отчаянно, обреченно забалансировав, все-таки ступить в подернутую корочкой грязь - КАК ВСЕГДА, КАК ОБЫЧНО.
   С глухим противным чмоканьем выдирая ноги, бормоча под нос ругательства, он наконец выбрался на берег.
   Дорога узкими черными колеями - двумя черными блестящими удавами - выползала из реки и, обогнув пригорок, терялась в кустарнике. Он оставил велосипед и ступил сперва на обочину, нарывая траву в пясти, обтирая ею икры ног.

Затем, выписывая по росистой зелени замысловатые кренделя, вышел на яркий ковер осенних листьев. Удивляясь этому ковру он медленно поднял голову. ПРЯМО ПЕРЕД НИМ ВИСЕЛ ЧЕЛОВЕК.
   Конец веревки терялся в кроне великолепного клен



Назад